Григорий II Кипрский

Основными источниками сведений о жизни и деятельности Григория Кипрского являются сочинения Георгия Пахимера («История о Михаиле и Андронике Палеологах») и Никифора Григоры («Римская история Никифора Григоры, начинающаяся со взятия Константинополя латинянами»), а также его «Автобиография».

Учился на Кипре, в частности, в латинской школе в Никосии. Желая получить более качественное образование, бежал от своих родителей с Кипра в Птолемаиду Палестинскую, отправился в Никейскую империю, где хотел найти себе учителей. Прибыв в Эфес, Георгий попытался стать учеником известного богослова того времени Никифора Влеммида, но эта попытка оказалась безуспешной в связи с тем, что монастырь Влеммида был закрытым обществом. Проходил обучение в Никее, но остался недоволен объёмом преподаваемого материала. После освобождения Константинополя войсками императора Михаила VIII Палеолога обучался в школе, где преподавал Георгий Акрополит – известный педагог и византийский государственный деятель.

Позднее Георгий Кипрский сам стал преподавателем, а также протапостоларием (истолкователем апостольских посланий) при дворе Михаила Палеолога, был посвящён в чтецы. Поддержал – по некоторым предположениям, неискренне – заключение Лионской унии в 1274 г., склонял к её принятию византийского богослова Иоанна Векка, будущего патриарха. После смерти Михаила Палеолога в 1282 г. и начала правления его сына Андроника II Палеолога перешёл на сторону противников унии. Участвовал в борьбе с её сторонниками в краткий 2-й период патриаршества Иосифа Галисиота (декабрь 1282 – март 1283), присутствовал на Влахернском соборе 1283 г., отменившем унию и наложившем церковные прещения на её приверженцев.

После смерти патриарха Иосифа Григорий, считавшийся компромиссной фигурой для враждующих партий, был выбран патриархом Константинопольским, в короткий срок став монахом и пройдя все ступени священства. Интронизация состоялась 11 апреля 1283 г. В период патриаршества 2 основными задачами патриарха являлись преодоление арсенитского раскола и полемика с бывшим патриархом Иоанном XI Векком, апологетом унии. Арсениты являлись сторонниками низложенного патриарха Константинопольского Арсения Авториана и отказывались вступать в церковное общение с теми, кто поддерживал последующих патриархов. Условием своего воссоединения с Церковью они ставили наложение церковных наказаний на тех, кто не принадлежал к арсенитскому сообществу. В 1283 г., вскоре после интронизации патриарха Григория, состоялся новый собор, на котором добившиеся влияния в Церкви арсениты подвергли ещё более строгим, чем ранее, прещениям бывших сторонников Лионской унии. Но после этого кризис церковной жизни не прекратился: арсениты высказывали сомнения в каноничности патриаршего сана Григория.

Для прекращения раскола патриархом был произведён ряд действий, включавших участие в работе Адрамиттийского собора 1284 г. и прославление в лике святых патриарха Арсения, а также другие меры, но всё это оказалось безуспешным для окончательного преодоления разделения в Церкви. Полемика патриарха с униатами была вызвана тем, что Иоанн Векк, низложенный и отрёкшийся на соборе 1283 г. от унии, из-за испытываемых им в ссылке унижений начал заявлять о своей невиновности и требовать созыва нового собора, который пересмотрел бы его дело.

Император согласился удовлетворить просьбу Векка и созвал Влахернский собор 1285 г. С православной стороны самыми активными участниками были патриарх Григорий Кипрский, патриарх Александрийский Афанасий III (II), проживавший в то время в Константинополе, и великий логофет Феодор Музалон. Сторону унии на соборе представляли Иоанн Векк и 2 его сторонника, бывшие архидиаконы Георгий Метохит и Константин Мелетиниот. Между 2 группами участников в присутствии императора состоялась дискуссия, в которой основное внимание было уделено обсуждению текстов Отцов Церкви (в первую очередь Григория Нисского и Иоанна Дамаскина), которые Векк считал свидетельствующими в пользу учения Римско-католической церкви об исхождении Святого Духа от Отца и Сына. Основное внимание в ходе дискуссии было уделено словам Иоанна Дамаскина о Святом Духе – Отец есть «Изводитель Духа Возсиявателя чрез Слово» (Троицкий. № 6. 1871.^[1] С. 1067).

Стороны не пришли к соглашению, и после некоторого перерыва в заседаниях патриарх написал соборный томос (в историографии отождествляется с его сочинением «Изложение свитка веры против Векка»), в котором было представлено осуждение Иоанна Векка и его сторонников. Также в нём излагалась концепция исхождения Святого Духа, которую патриарх представил как православное учение по данному вопросу.

Томос был одобрен собором, его подписали император, 42 архиерея и 28 клириков. Векк и его сторонники были повторно осуждены и заключены под стражу, но после этого бывший патриарх продолжил свою литературную полемику против Григория Кипрского. В среде противников унии также начали нарастать оппозиционные настроения против учения, излагавшегося в томосе. Поводом к активным действиям противников патриарха послужило сочинение монаха Марка, считавшего себя учеником Григория. В этом сочинении многие усмотрели признаки латинского учения об исхождении Святого Духа, что привело к подозрениям и в отношении патриарха. Развернулась полемика между Григорием Кипрским и группой византийского духовенства, неформальным лидером которой был Феолипт Филадельфийский (в группу критиков патриарха также входили митрополит Эфесский Иоанн Хила, епископ Кизический Даниил, бывший великий хартофилакс Георгий Мосхамбар).

В результате в 1289 г. Григорий был вынужден уйти в отставку ради восстановления мира в Церкви, т. к. сама личность патриарха вызывала недоверие в церковных кругах Византии, но при этом его учение было признано православным. Григорий поселился в монастыре Аристина, где через некоторое время умер. После его отставки учреждённая императором специальная комиссия заново рассмотрела томос и приняла решение об исключении из него фрагмента, касавшегося учения Иоанна Дамаскина. По мнению комиссии, остальной текст соборного документа не нуждался в исправлении.

Григорий Кипрский оставил ряд богословских сочинений, в которых выразил своё учение об исхождении Святого Духа: помимо «Изложения свитка веры против Векка» (1285) к таким сочинениям относятся «Апология», «Об исхождении Святого Духа», «Исповедание патриарха, кир Григория». В «Апологии» и «Об исхождении Святого Духа» уделено внимание рассмотрению учения Отцов Церкви об исхождении Святого Духа. Также Григорий написал ряд сочинений светского (учебник словесности, пересказы древнегреческих мифов, сборник пословиц и др.) и церковного характера. Среди сочинений на духовные темы – 4 похвальных слова святым (Дионисию Ареопагиту, Георгию, Марине, Евфимию из Мадиты), житие монаха Лазаря из Галисийского монастыря [Мартирий (Багин). 1990. С. 44–45]. Григорий стремился участвовать в жизни общества и оказывать помощь угнетённым слоям общества, что отразилось в его письме^[2] императору Андронику I.

Патриарх Григорий создал оригинальную богословскую пневматологическую систему. В своём томосе патриарх представил ряд тезисов, в которых было сформулировано его учение об исхождении Святого Духа:

1. Вызвавшие дискуссию на соборе 1285 г. слова Иоанна Дамаскина о Святом Духе Григорий понимал как выражающие учение о явлении Святого Духа через Сына, но не о причинности Сына в исхождении Духа. В отношении подобных текстов других отцов Церкви патриарх утверждал, что данные тексты говорят либо о временном посылании Святого Духа в мир, либо о «воссиянии» Святого Духа через Сына. Таким образом, происходит разделение терминов «исхождение» (ἐκπόρευσις) и «воссияние» (ἔλλαμψις).
2. Рассматривая патристические выражения «от Отца», «от Отца и Сына» и «от Отца через Сына», Григорий Кипрский пришёл к выводу, что формула «через Сына» в патристических текстах указывает на вечное воссияние Святого Духа через Сына, а не на то, что Сын как причина участвует в изведении Святого Духа. Для Григория источником Святого Духа является только Отец. Учение о воссиянии Святого Духа является ключевым мотивом пневматологической системы патриарха.
3. Григорий отвергает учение своих оппонентов о том, что единая сущность Отца и Сына может быть источником бытия Святого Духа. Следуя восточной патристической традиции, Григорий утверждает, что только ипостась может быть причиной бытия другой ипостаси.
4. Григорий оспаривает утверждение, что Отец и Сын вместе являются причиной бытия Святого Духа, но для каждого из 2 Лиц Троицы причинность имеет разное значение. По мнению патриарха, такое учение вводит в Троицу многоначалие.
5. С точки зрения Григория, учение о 2 Лицах Троицы как о единой причине приводит к бессмысленному умножению причин в Троице.
6. Патриарх считал абсурдным аргумент своих оппонентов, сводившийся к сравнению сотворения мира Отцом через Сына и патристического выражения об исхождении Святого Духа от Отца через Сына. Сторонники унии видели в обоих случаях утверждение о причинности Сына. Патриарх находил такую аналогию неуместной.
7. Рассматривая аргумент своих оппонентов, относящийся к аналогии между действиями Христа и участием Богородицы в деле спасения человека, Григорий предложил важный тезис о благодати Святого Духа: «…Сын называется источником жизни потому, что соделался Виновником жизни для нас, умерщвлённых грехом, и источил её для всех, как бы некий поток, и что верующим в Него от Него, как от источника, и чрез Него подаётся Дух Святый: собственно преизобильно изливается благодать Духа, но не будет ничем ни новым, ни чуждым обычаю писания, если она будет названа ὁμονύμως и Святым Духом: дело обычное – называть действие именем действующего, как, например, мы называем солнцем солнечное сияние и лучи…» (Григорий Кипрский. Изложение свитка веры против Векка. С. 361).

Среди учеников патриарха были многие византийские государственные чиновники, богословы, риторы, деятели сфер культуры и образования. К ним относятся, в частности, Никифор Хумн, Феодор Музалон, Максим Плануд. Большое влияние Григорий Кипрский оказал на поздневизантийских богословов 14–15 вв. В частности, его богословскую систему положительно оценивали Филофей Коккин, Иосиф Вриенний, Геннадий II Схоларий. Ряд исследователей, в частности А. Пападакис, И. Ф. Мейендорф и др., предполагают, что идеи патриарха оказали большое влияние на развитие паламитского богословия. В более позднее время об учении Григория Кипрского о Святом Духе одобрительно отзывались патриарх Иерусалимский Досифей II Нотара и православный богослов 17 в. Адам Зерникав. Большое внимание проявили к личности и учению Григория Кипрского российские исследователи 19–20 вв. (И. Е. Троицкий, В. И. Барвинок, А. Л. Катанский, А. П. Лебедев, В. В. Болотов).